У некоторых складывается впечатление, что я против фармы в принципе и навсегда. Это не так. Фарму сегодня принято ругать, и я тоже ругаю часто. За бизнес, за побочки, за агрессивный маркетинг, за «посадили на таблетки/уколы». Иногда мы ругаем фарму по делу. Иногда — просто потому, что так проще, чем разбираться.

Но если убрать эмоциональную подоплёку, и посмотреть серьёзно, то мы увидим, что есть изобретения, без которых мы бы жили короче, больнее и куда менее уверенно и качественно. Не в теории, а на практике.

До них человек умирал от воспаления лёгких, аппендицита, сепсиса. Не потому что медицина была глупой и недалёкой, а потому что у неё не было инструмента. Антибактериальные препараты не сделали мир стерильным, но дали шанс выжить там, где раньше его не было вообще. Без них не существует ни хирургии, ни реанимации, ни современной акушерской помощи. Кстати, вопреки распространённому мнению о всесильной вакцинации, большинство инфекций взяты под контроль именно благодаря антибактериальным препаратам. Например, туберкулез, вакцинация от которого не предотвращает заболевание.

Фарма впервые сказала человеку, что боль — не обязательная часть жизни. Что операцию можно пережить без криков, что лечение не обязано быть пыткой, что медицина может быть не только эффективной, но и гуманной. Всё, что сегодня кажется «обычным» в хирургии и стоматологии, стоит на обезболивании.

Открытие, после которого диабет перестал быть приговором. До инсулина дети с диабетом не взрослели, взрослые не строили планы, семьи прощались заранее. Инсулин не улучшил качество жизни — он просто вернул саму жизнь. С будущим, с надеждой, с возможностью жить долго.

Самое неудобное изобретение фармы. Потому что оно разрушило миф о том, что угасание — это норма, а плохой сон, тревога, туман в голове, потеря либидо и плотности костей «просто возраст». ЗГТ не делает человека вечным, но сохраняет или возвращает ясность мозга, здоровые сосуды, прочные кости, жизненную энергию и ощущение себя живым, а не доживающим.

Их принято сводить к шуткам про секс, хотя речь идёт о сосудах, кровотоке и качестве жизни. Эти препараты вернули миллионам мужчин не только функцию, но и уверенность, контакт с телом, близость, а заодно нашли применение в кардиологии и лечении лёгочной гипертензии. Фарма иногда лечит не орган, а человеческое достоинство.

Можно ненавидеть таблетки, можно мечтать о мире без фармы, можно верить, что «раньше люди как-то жили». Наша реальность такова, что всегда есть возможность выбора.

Фарма — не замена мышлению. За вас никто не решит. Врачи часто действуют в рамках шаблонов и протоколов. Думайте сами.
Я всегда за то, чтоб учиться.
Учиться, учиться и ещё раз учиться ©